Мухомор Amanita muscaria. Зачем люди веками едят ядовитый гриб

В 2006 году миколог Йожеф Гемль с коллегами сравнил ДНК мухоморов из разных частей света и выделил у вида три генетические линии: евразийскую, евразийскую субальпийскую и североамериканскую. Все три встретились на Аляске, поэтому родиной гриба учёные считают Берингию, где Азия когда-то соединялась с Америкой по суше. Оттуда ещё в третичном периоде мухомор расселился по лесам Азии, Европы и Северной Америки, а после того как Берингов пролив разделил континенты, его популяции стали развиваться отдельно.

Сегодня Amanita muscaria растёт в умеренных и северных лесах всего Северного полушария и почти всегда держится рядом с берёзой, елью или сосной, с корнями которых срастается его грибница. Вместе с сосновыми и берёзовыми посадками мухомор случайно завезли во многие страны Южного полушария, и теперь его находят на всех континентах, кроме Антарктиды. Грибники давно используют это соседство как примету, потому что мухомор часто растёт в тех же местах, что и белый гриб.

Почти во всех европейских языках название гриба так или иначе связано с мухами. По-немецки его зовут Fliegenpilz, по-английски fly agaric, по-французски amanite tue-mouches, то есть «аманита, убивающая мух», а латинское muscaria происходит от слова musca, «муха». Такое единодушие сложилось потому, что ещё в Средние века гриб нашёл в европейском хозяйстве вполне практическое применение.

Мухомором травили мух в средневековых домах

Самое раннее письменное упоминание о мухоморе оставил Альберт Великий, немецкий монах-доминиканец, которого современники называли «всеобъемлющим доктором» за труды по философии, богословию и естественным наукам. В трактате «О растениях», написанном до 1256 года, он коротко объяснил происхождение названия: «Его называют мушиным грибом, потому что, растёртый в молоке, он убивает мух». По-латыни запись звучит как vocatur fungus muscarum, eo quod in lacte pulverizatus interficit muscas. Из этой записи пошло научное название гриба Amanita muscaria.

Способ, который описал Альберт, держался в европейском быту несколько веков. Шляпки мухомора крошили в блюдце с молоком и оставляли в доме, мухи слетались на угощение, пили его и вскоре переставали летать. Позднее исследователи уточнили, что насекомые после такого угощения чаще оказывались оглушёнными, и хозяйкам оставалось только собрать их и выбросить.

Шведский офицер привёз из Сибири историю о мухоморе

О другом применении мухомора Европа узнала благодаря Полтавской битве. В 1709 году в русский плен попал капитан шведской армии Филипп Иоганн фон Страленберг и провёл в Сибири следующие двенадцать лет, большую часть из них в Тобольске. Там он расспрашивал купцов, казаков и служилых людей, возвращавшихся с северо-востока, и записывал их рассказы о дальних землях и живущих там племенах. За эти годы он составил одну из первых подробных карт Сибири и собрал записи о языках и обычаях местных жителей от Урала до Тихого океана. В последний год плена он ездил по Сибири вместе с немецким учёным Даниэлем Готлибом Мессершмидтом, которого Пётр I отправил изучать новые земли.

Вернувшись на родину, Страленберг несколько лет готовил свои записи к печати, и в 1730 году в Стокгольме вышла его книга «Северная и восточная часть Европы и Азии». Среди описаний сибирских рек, городов и народов в ней нашлось несколько строк о красном грибе, которые потом много раз цитировали этнографы. Страленберг рассказал, что коряки покупают мухоморы у русских торговцев, богатые семьи запасают их на зиму, а во время праздников заливают водой, отваривают и пьют отвар. Он же первым записал, что бедняки, которым гриб был не по карману, пили мочу тех, кто выпил отвар, потому что действие гриба сохранялось и в ней.

Одним из тех, кто проверял рассказ Страленберга, был немецкий натуралист Георг Вильгельм Стеллер, который жил на Камчатке с 1740 по 1744 год. Он заметил, что ительмены, жившие рядом с русскими острогами, мухомор почти перестали есть, зато в дальних селениях относились к нему с большим почтением. Стеллер записал и наблюдение о северных оленях. Животные охотно едят грибы, иногда им попадаются и мухоморы, после чего олени падают, какое-то время мечутся как пьяные и потом засыпают глубоким сном. Другие участники Второй Камчатской экспедиции выяснили, что мухомор на северо-востоке ценился как товар, и его привозили на продажу тем народам, у которых гриб рос плохо или не рос совсем. Обычай есть мухоморы и петь под их действием переняли даже некоторые русские поселенцы на Индигирке.

Сибирские шаманы получили мухомор в подарок от Большого Ворона

Коряки, о которых писали Страленберг и участники Второй Камчатской экспедиции, живут на севере Камчатки и на соседнем побережье Охотского моря. Одни их группы издавна кочевали с оленьими стадами по тундре, другие жили оседло у моря и охотились на морского зверя. Главным героем корякских мифов считается Большой Ворон, первопредок народа и первый шаман, и с ним связано предание о появлении мухомора, которое начинается с неудачной охоты.

Ворон добыл кита, но не смог донести его до дома. Тогда верховное существо Вахийинин, чьё имя переводится как «Существование», плюнуло на землю, и из его слюны выросли грибы вапак, а капли той же слюны превратились в белые хлопья на их шляпках. Съев вапак, Ворон почувствовал такую силу, что легко унёс кита, и велел грибу вечно расти на земле, чтобы его дети, люди, могли у него учиться. Тем же словом «вапак» коряки называли и духов, которые, по их представлениям, живут внутри гриба. Человек, съевший мухомор, попадал под власть этих духов, и они показывали ему то, что скрыто от обычного взгляда.

Для шамана вапак был рабочим инструментом. У обских угров, самодийских и палеоазиатских народов, к которым относятся и коряки, в обрядовых песнях мухомор считался угощением для духов. Шаманы, съев гриб, пели ритуальные песни, разговаривали с духами и отправлялись в другие миры, а гадатели впадали в транс и встречали духов-советников.

Якоб Линденау, переводчик Второй Камчатской экспедиции, который записывал обычаи коряков, отметил, что одни шаманы ели вапак, чтобы предсказывать будущее, а другие ради обычного опьянения. Он же записал, что того, кто съел грибы, связывали по рукам и ногам, чтобы он не начал буйствовать. Русский исследователь Степан Крашенинников, автор «Описания земли Камчатки», добавил, что у ительменов и коряков мухомор ели только мужчины, иногда перед тем, как отправиться убивать врага. По его словам, рядом с ними всегда оставался кто-нибудь трезвый, потому что без присмотра после этого выжили бы немногие.

Почему мухоморы ели только сушёными

На Камчатке мухоморы собирали летом и сразу сушили, а ели их уже сухими, когда приходило время обряда или праздника. Сухую шляпку скатывали в плотный комок, макали в жир и проглатывали целиком, заедая каждый гриб ложкой порсы, толчёной сушёной рыбы. За один раз коряки съедали пять, семь, а иногда и девять грибов, причём обязательно на пустой желудок.

Почему Камчатка так упорно держалась за сушёный гриб, химики объяснили только в 1960-х годах. В свежем мухоморе больше всего иботеновой кислоты, и именно от неё после еды начинаются тошнота, рвота, обильный пот и подёргивания мышц. При сушке иботеновая кислота теряет часть молекулы и превращается в мусцимол, который действует на человека заметно сильнее и при этом гораздо меньше бьёт по желудку. Народы северо-востока Азии пришли к этому задолго до лабораторий.

Мусцимол из мухомора действует на те же рецепторы, что и алкоголь

По механизму действия мухомор ближе к алкоголю и снотворным, чем к другим грибам с психоактивными свойствами. Псилоцибин действует на серотониновые рецепторы, а мусцимол связывается с ГАМК-А рецепторами, которые отвечают за торможение нервной системы и служат мишенью для алкоголя и успокоительных препаратов. Поэтому от мухомора в первую очередь тяжелеет тело, наваливается сонливость и появляется ощущение отстранённости, а при большой дозе начинается спутанность сознания.

Действие гриба развивается постепенно и обычно становится заметным через полчаса или час после приёма. Первыми приходят головокружение и тошнота, затем меняется восприятие пространства, и предметы вокруг кажутся то непривычно большими, то крошечными, а время заметно растягивается. Всё состояние длится от двух часов до суток и обычно заканчивается сном, во время которого человек нередко видит очень яркие сны.

В XIX веке мухомор ели как обычный гриб

Ещё полтора века назад мухомор в Европе и Северной Америке воспринимали гораздо спокойнее, чем сегодня. Как выяснили американский историк кулинарии Уильям Рубел и миколог Дэвид Арора, в XIX веке его ели довольно часто, а к началу XX века гриб начал постепенно переходить в категорию ядовитых, где и остаётся в современных справочниках.

В 2008 году исследователи опубликовали об этом научную работу и пришли к выводу, что мухомор называют ядовитым по сложившейся в культуре привычке, ведь сморчки без правильной варки тоже опасны, однако считаются деликатесом. Авторы работы предложили описывать мухомор в справочниках грибника как съедобный гриб, обязательно указывая, как его обезвредить.

В 1993 году японские специалисты по гигиене питания проверили давнее убеждение жителей горных районов страны, будто мухомор становится безопаснее после сушки, хранения или варки. Исследователи измерили, сколько иботеновой кислоты и мусцимола остаётся в грибе после каждого способа обработки. При варке и вымачивании большая часть обоих веществ быстро уходила в воду, поэтому безопаснее гриб становился только тогда, когда отвар выливали, а если оставить его в блюде, токсины попадали к человеку вместе с бульоном.

Мухомор стал немецким символом удачи

В Германии мухомор стал символом везения. Удачливого человека немцы называют Glückspilz, то есть «гриб удачи», а сам красный гриб входит в число новогодних талисманов вместе с трубочистом, четырёхлистным клевером и марципановым поросёнком. В начале XX века мухоморы часто рисовали на поздравительных открытках.

В нюрнбергском Музее индустриальной культуры хранится открытка, отправленная 31 декабря 1908 года, на которой грибы растут из земли среди клевера и незабудок. На ёлки в немецких семьях вешали маленькие мухоморы из прессованной смеси ваты и бумаги, раскрашенные под настоящий гриб и закреплённые на ветках проволокой, вставленной в ножку.

Мухомор продают свободно почти по всему миру

Псилоцибин ещё в 1971 году попал в Конвенцию ООН о психотропных веществах, а мусцимол и иботеновая кислота так и не вошли ни в один международный список. Поэтому каждая страна решает судьбу мухомора сама, и большинство правительств до сих пор оставляют гриб без внимания. Сушёные шляпки, порошок, капсулы, настойки и мармеладки из Amanita muscaria свободно продаются в США, Швеции, Ирландии и многих других странах.

В России главным поставщиком сушёного мухомора стал Алтай, и сайты с алтайскими грибами годами работали без особых проблем, пока Роспотребнадзор не начал обращаться в суд. В начале 2026 года стало известно, что Останкинский суд Москвы по иску ведомства запретил ресурс, где сушёные мухоморы продавали в том числе в виде БАД. Суд сослался на то, что гриб включён в перечень ядовитых и несъедобных грибов Госкомсанэпиднадзора и запрещён к провозу через границу стран Таможенного союза. Уголовного преследования покупателям и сборщикам это не грозит, так как мусцимол не входит в российский перечень наркотических средств и психотропных веществ, и на Авито шляпки по-прежнему продают по цене от полутора до семи тысяч рублей.

Самый известный запрет на мухомор появился в Нидерландах, где грибы годами продавались в смарт-шопах наравне с другими легальными психоактивными товарами. В 2007 году в Амстердаме погибла французская школьница, которая съела псилоцибиновые грибы, и после этого власти составили список запрещённых видов, вступивший в силу 1 декабря 2008 года. В него также попали и Amanita muscaria, и родственный ему пантерный мухомор. Из других стран мухомор запретили Австралия, Таиланд и Румыния, причём в Таиланде закон относит к наркотикам сразу все психоактивные грибы.

Самые известные мифы о мухоморе:

Красно-белый костюм Санта-Клауса достался ему от мухомора

В 1976 году американский этноботаник Джонатан Отт опубликовал в Journal of Psychedelic Drugs статью, где связал мухомор с рождественскими традициями, и с тех пор эта версия каждую зиму возвращается в газеты и соцсети. По его мнению, сибирские шаманы раздавали сушёные грибы через дымовое отверстие в крыше юрты, а сушили их над очагом в мешочках, которые потом превратились в рождественские чулки над камином. Красно-белый костюм Санта-Клауса сторонники теории объясняют цветом шляпки, летающих оленей связывают с северными оленями, которые охотно едят мухоморы, а подарки под ёлкой считают памятью о том, что гриб растёт под хвойными деревьями. Историки праздника с этим не согласны, потому что образ Санта-Клауса складывался постепенно в Европе и Америке, и его наряд и упряжка появились гораздо позже без всякой связи с Сибирью.

Адам, Ева и мухомор на фреске XIII века

Главной иллюстрацией к христианской версии мифа стала фреска XIII века из часовни в французской деревне Плэнкуро, на которой Адам и Ева стоят по сторонам дерева, похожего на гигантский мухомор. На неё ссылался британский филолог Джон Аллегро, участник первой группы исследователей кумранских рукописей, когда в 1970 году выпустил книгу «Священный гриб и крест» о том, что христианство выросло из грибного культа плодородия. Историки искусства объясняли, что средневековые художники часто рисовали так стилизованные деревья, а четырнадцать британских учёных в письме в The Times назвали выводы Аллегро необоснованными. Издательство Hodder & Stoughton извинилось за публикацию, и вскоре автор ушёл из Манчестерского университета.

Почему «Алису в Стране чудес» считают грибным путешествием

В книге «Алиса в Стране чудес», вышедшей в 1865 году, гусеница курит кальян, сидя на шляпке большого гриба, и на прощание говорит героине, что от одной его стороны она вырастет, а от другой станет меньше. Иллюстраторы позднейших изданий часто рисовали этот гриб красным с белыми точечками, и со временем читатели стали считать его мухомором. Сторонники этой версии напоминают, что за пять лет до сказки британский миколог Мордекай Кук выпустил книгу «Семь сестёр сна», где описал, как сибирский гриб искажает размеры предметов. Литературоведы относятся к этому сдержанно, поскольку Кэрролл вид гриба не называет, а в его дневниках нет ни слова о книге Кука.

Сколько мухоморов нужно съесть, чтобы умереть

Самым живучим мифом о мухоморе остаётся его репутация смертельного гриба, с которой он десятилетиями переходит из одного справочника грибника в другой. Авторы обзора, опубликованного в 2021 году в научном журнале Encyclopedia, пишут, что смертельные случаи после мухомора крайне редки, а дозу, способную убить взрослого человека, исследователи оценили примерно в пятнадцать шляпок.

Североамериканская микологическая ассоциация за последние сто лет не зафиксировала ни одной достоверно подтверждённой смерти от этого гриба, тогда как больше 90 процентов смертельных грибных отравлений приходится на других представителей рода Amanita, прежде всего на бледную поганку. Отравление мухомором при этом остаётся поводом для госпитализации, и в больницах его лечат промыванием желудка, активированным углём и наблюдением, пока у человека не пройдут рвота и спутанность сознания.

Источники:

Подготовлено: @Dr. Plusheva